ПОРТАЛ ИНТЕРЕСНЫХ ТЕМ ДЛЯ ДРУЖЕСКИХ БЕСЕД 

18+

 


      
 

 

 

 

Что клюёт «чёрный воронок»

   Кардинально отличаются полицейские методы нынешних правоохранителей от незабвенного НКВД: если раньше «чёрный воронок» кружил ночами, то теперь - ранним утром.
  

Так, одним не прекрасным утром вваливаются к пенсионерке Лилии Кучербаевой оперативники. «Собирайся, - говорит, - и выходи!».
   Как? Что? За что?
  Да вот, говорит, есть постановление о принудительном приводе к следователю, т.к. добровольно вы на допросы не являетесь.
   Какие допросы? К какому следователю?
   А вы попробуйте дозвониться какому-нибудь адвокату в 7 утра! Но Лилия Мунировна – женщина упорная, на советских производствах вскормленная, в капиталистическом предпринимательстве закалённая: дозвонилась. Хороший адвокат, толковый, даже по телефону сумел убедить «полиционеров», что их действия неправильные, а он со своей клиенткой обязательно явится к означенному следователю на допрос в любое урочное время. С этого момента вся история и завертелась!
   Впрочем, нет. Давайте заглянем в предысторию.
   Семейное предприятие Кучербаевых – «Сенатор Клуб» - занималось изготовлением различной мебели. Лилия Мунировна там, хотя и была пенсионеркой, исполняла обязанности заместителя директора. В её обязанности входило общение с официальными лицами. Вот, например, фирма «Арт-де-факто» (директор – Наталья Чернова) заказала там входные двери, а затем - витрину, стоимостью более миллиона рублей. А её дочка (не фирмы, а директора) Дарья Чернова – домашнюю утварь для своей новой квартиры.
   Казалось, фирма «Арт-де-факто» серьёзная, как-никак, принимала участие в создании знаменитого «Зарядья» (что отмечено в протоколах). Престижный столичный объект – это тебе не хухры-мухры. У Черновых глава семейства правоохранительные погоны носит (об этом они с гордостью говорят всем деловым партнёрам), хотя и в пенитенциарном «Лефортово», но всё же это тоже характеризует положительно. Да и первый транш в оплату работ внесли исправно. Ну, как с такими партнёрами не дружить? Потому, когда те запросили об отсрочке последующих платежей по всем трём договорам, пошли им навстречу, поверили гарантийному письму.
   Но денег не дождались.
   Разочарованные «сенаторы» вынуждены были обратиться в суд. Всё же для них повисшая общая задолженность партнёров - полтора миллиона рублей – сумма значительная. Реальное производство постоянно требует оборотных средств.
   Суд, рассмотрев материалы дела, пришёл к однозначному выводу: должник должен заплатить. Был оформлен и соответствующий исполнительный лист.
   Должники, а точнее сказать, должницы, ответили: ладно, приходите за деньгами.
   Вот Лилия Кучербаева и пришла к ним в офис. Пиши, говорят, расписку на получение наличных. Продиктовали. Продиктовали, да не так, вместо одного номера договора другой «подсунули».
   Но пенсионерка оказалась ушлая, внимательная, подвох заметила. Так не пойдёт, говорит, давайте эту расписку порвём, а нормальную напишем. Юристка Жанна Гончарова, которая с ней занималась, отвечает: мол, всё это надо ещё раз с директрисой обсудить, там ведь у вас какие-то недоделки были, со сроками затяжки, потому сумму тоже пересмотреть надо будет….       Лилия Мунировна поняла, что её пытаются за нос водить. «Ваше дело - сумму долга нашему предприятию выплатить, - сказала она, - а я пошла». Пошла, надо сказать, очень бережно. После операции на обеих ногах и трёх месяцев постельного режима особо не побегаешь.
   И вот – 17 октября 2018 года. Раннее утро. «Проследуем!».
   У следователя выяснилось, что через три дня после визита Кучербаевой к должникам (6 июля 2017 г.), те подали заявление о… похищении 140000 рублей. По их версии, женщина вынула из стола юристки конверт с деньгами и убежала. Квалифицировали: кража. Потом поступили уточнения: не просто убежала, а прежде толкнула финансового директора «Арт-де-факто» Наталью Басанцеву так, что та грохнулась на стул, не сумев остановить визитёршу. Переквалифицировали: грабёж.
   Первый следователь, не поверив в эту историю, в возбуждении уголовного дела отказал, другой – отказал. Так тянулось почти целый год. И вот, нашёлся такой, который, видимо, не посчитал показания потерпевших за «бабий трёп», а возбудил-таки дело. Правда, Кучербаева обо всех этих перипетиях не знала. Жила себе спокойно, лишь напоминая приставам о необходимости взыскания средств, определённых судом.
   Следователь был не доволен, что Кучербаеву привезли не в наручниках, не под конвоем. Толком прессануть не удалось.
  Впрочем, давайте послушаем саму Лилию Мунировну: «17 октября в 7 часов утра ко мне вламываются оперативники и дают подписать постановление о принудительном приводе. Я отказываюсь подписывать и ехать с ними, так как ни разу меня не вызывали и я не знаю вообще, о чем идет речь. Они стали вызывать конвой, меня выволакивать. Я трясущими руками стала обзванивать адвокатов, которых в 7 утра не поднимешь. Так дозвонилась до одного адвоката по гражданским делам, он объяснил оперативникам об их неправомерных действиях, что писать в постановлении, о своем не согласии и т.д. продиктовал, сказал, что в 14 часов мы придем вместе на допрос. Так они уехали, мы в 14.00 были в ОМВД, следователь был удивлен, что мы пришли, говорит, а разве вас утром приводом не приводили и в ИВС не поместили? Так мы простояли до поздна, допрос начался в 22 часа ночи, когда приехала Басанцева. Оперативники так и стояли меня караулили, потом пожалев меня, признались, что им была дана команда привезти меня приводом, поместить в ИВС, я вначале свидетель, после допроса подозреваемая, пока сижу в ИВС, мне уже предъявят обвинение и меня переводят в СИЗО».
   Иначе говоря, вся «дорожная карта» давления на пенсионерку была просчитана заранее. Возникает вопрос: а с какой стати?
   С какой стати правоохранительные органы ставят какую-то из сторон сразу в обвиняемую позу, а другую определяют в почётные терпилы?
   Кроме голословных утверждений финансового директора «Арт-де-факто» Натальи Басанцевой и её дочери Жанны Гончаровой, иных доказательств совершённого Кучербаевой преступления нет. Нет ни описания денег, ни суммы, нет вообще понимания того, что это были за деньги, откуда, для чего и были ли они вообще. А, если и были, не могли ли их похитить у предприятия сами заявители? Непонятно: могла ли о деньгах в столе знать Кучербаева, тем более, что сами потерпевшие в показаниях заявляют: она пришла к нам в офис без предварительной договорённости. Выходит, человек, ведать не ведает ни о каких деньгах, но вдруг лезет в определённый ящик стола, при находящихся в офисе людях (кроме названных дам – семеро мужчин, показаний которых в деле нет), целенаправленно хватает конверт с деньгами и документы своего предприятия (чужие не трогает!), всех расталкивает и скрывается. Обомлевшие дамы три дня и две ночи находятся в трансе, и только потом идут писать заявление о совершённом преступлении.
   Кто в это поверит?
   Но, тем не менее, 01.08 2018 года уголовное дело возбуждается. Так в документах. И, как бы следователь не может дозваться подозреваемую к себе на допрос. Потому посылает за ней оперативников.
   Возможно, вы заметили, что делу этому уже год. Целый год нервотрёпок, хождений, очных ставок, показаний и доказательств. Одна только медицинская справка Л.М. Кучербаевой об операции на ногах могла бы прекратить дело, доказывая вымышленность всей истории «грабежа». Но нет, следствие продолжается. А «потерпевшие» пишут в суды ходатайства об отмене прежнего решения об их задолженности на основании того, что… в отношении Кучербаевой возбуждено уголовное дело.
   Внимание! Это важно конкретизировать потому, что мы наблюдаем здесь одну из сторон коррупционного взаимодействия бизнеса, правоохранительных органов и судов.
   Итак: после безуспешных попыток обжаловать решения судов о взыскании задолженности, должник, пользуясь «благорасположением» органов внутренних дел, добился возбуждения в отношении Кучербаевой уголовного дела, за якобы, хищение у него денежных средств, в отношении которых вынесено решение о взыскании. Привлечение же «противной стороны» к уголовной ответственности позволит должнику пересмотреть вышеуказанные решения судов о взыскании денежных средств. Правоохранители становятся орудием в руках недобросовестного бизнеса.
   Не это ли факт использования «правоохранительного ресурса» в решении хозяйственных споров предпринимателей?
   Думается, что дело именно в этом. Складывается стойкое мнение, что люди в погонах почему-то решили подыграть коммерсантам одной стороны. И, мы ведь не дети, понимаем: почему именно так происходит.
   И с этим надо что-то делать….
Иначе, «чёрный воронок» на народные деньги так разгуляется на коммерческих нивах, что ни днём, ни ночью от него житья не станет. Клюв его ненасытен.

Александр РЕЗНИКОВ


На фото: обвиняемая полна оптимизма и веры в справедливость.