ПОРТАЛ ИНТЕРЕСНЫХ ТЕМ ДЛЯ ДРУЖЕСКИХ БЕСЕД

18+

 


          
 

 

  

 
 
ВИДЕОРЕЦЕПТЫ 
 Добрый Вече
р

Эмбрион речи

Человеческая речь имеет свою генетику, свои стадии развития - от эмбрионального звука до высшего слова….

Открывая учебное пособие по языкознанию, находим авторитетное утверждение: «Что значит р (или что значит у илик) в словерука (или в корне рук-)? По отдельности нир, ниу, ни к здесь ничего не «значат», значение имеет только всё сочетаниер+у+к в целом» (Маслов Ю. С. Введение в языкознание. М., СПб. 2005: 31). Эта аксиома повторяется и в другом учебнике (Шайкевич А. Я. Введение в лингвистику. М. 2005:7), только здесь для примера – словогора.

Данное толкование невольно ведёт к мистике. Слово формируется как бы «само собой», вне речевой деятельности человека разумного.

Однако не все учёные видят в отдельной фонеме ничего не значащую форму в структуре слова. В ином ключе отзывается о фонеме философ, языковед А.Ф. Лосев: «Всякая фонема содержит в себе в свёрнутом виде бесконечный ряд своих творчески-жизненных воплощений... Жизнь немыслима без такого рода эмбриологии». В фонеме он видит не только зародыш, эмбрион «звуковых возможностей», но и считает её «генератором или породителем» последующих звучаний. Он так отзывается о необходимости изучения свойств фонемы: «Звуки, одновременно наличные на данной ступени языкового развития, тоже не находятся в каких-то бессвязных сочетаниях и тоже требуют генеративной обработки. К сожалению, эта последняя очень трудна и не всегда возможна при данном состоянии фонологической теории. Но ясно, что к ней нужно всеми силами стремиться». «Самое большее, фонология есть периодическая система звуковых элементов, пусть хотя бы и с пустыми клетками». Вопреки названным учебным пособиям Лосев утверждает: «Нужно твёрдо помнить, что звуки, взятые сами по себе, тоже имеют свой собственный смысл, и что им тоже свойственна смыслоразличительная функция...». Он назвал функцию фонемы «первично-дистинктивной». (Лосев А.Ф. Введение в общую звуковую теорию языковых моделей. М. 2004:114, 167-180).

Профессор Н.О. Лосский в своей «Истории русской философии» (пер. с англ. — М.: Советский писатель, 1991. с. 313) говорит о Лосеве: «Если бы нашлись лингвисты, способные понять его философию языка, они могли бы натолкнуться на совершенно новые проблемы и дать новые плодотворные объяснения многих явлений жизни языка».

Своеобразие научной мысли А.Ф. Лосева побуждает к осмыслению звуковой модели языка, к заполнению «пустых клеток».

АРХЕОЛОГИЯ В ЯЗЫКЕ

Постичь законы исторического развития человеческой речи, выделения их из языковой стихии, невозможно без выявления истоков возникновения смыслообразующих звуков. Об эволюционности языка писали многие учёные. (Погодин А.Л. Язык как творчество. Происхождение языка. М. 2001: 450).

Возможность непосредственной оценки звучания конкретного древнего языка отрицалась во все времена, так как языки преображались, уходя от первооснов своего бытования. Однако вслед за «эмбрионами языка» Лосева, до нас должны были дойти и иные «генетические признаки» праязыка: фонемы, слоги, слова. Любой человек любой расы несёт в себе гены далёких предков, справедливо предположить, что и язык не должен полностью потерять «отзвуки» своего первородства, что не все факты первородной речи сгинули в глубине веков.

Сегодня есть лишь одна опора для лингвистов – сравнительно-исторический метод поиска этимонов. На нём основан, например, «Этимологический словарь русского языка» М. Фасмера. Той же методологии придерживаются и его последователи. Получается, что кроме компаративистики, другого метода нет.

Но бесспорно то, что в современной речи архаизмы мы слышим ежедневно, ежечасно. Причём, порой мы не воспринимаем их архаизмами, а числим вполне современными. Многие ли наши русскоязычные современники, называя очки, подразумевают слово «очи», явно находящееся в пассивной лексическом запасе архаичных слов? И таких примеров – масса, об этом мы скажем ниже. Таким образом, речь предков сохранилась, «вмонтировавшись» в современную лексику.

Задача исследователя речи – археологическое исследование артефактов языка.

Археолингвистика даёт возможность выявить тот язык, который создан в доисторические времена.

В качестве предмета исследования мы имеем сегодняшние славянские языки, имеющие ряд родственных слов. Анализ показывает, что в словах праславянского состава находятся те самые первородные понятия, которые появились в славянском сообществе на этапе формирования речи.

Анализируется пласт слов, выделенных из базового лексического фонда, которые содержатся в активе всех славянских языков. По сути, это дошедшие до нынешнего времени общеславянские архаизмы, действующие в современном активе словоупотребления. Так слова ОКО, ОРАТЬ (пахать) в русском – архаизмы. Но те же ОКО, ОРА в болгарском – современные. А можно ли назвать слова ПЛОТ, СТОЛ, ТОЛК, СТЕНА, НАУКА, КОПНА архаизмами? Безусловно. Так как они пришли из доисторического прошлого языка. Вот по этой лексике и есть возможность судить о его истории. Эти слова - полномочные представители речи праславян.

Давайте рассмотрим произвольный ряд слов, составляющих лексическое единство в славянских языках.

СТОЛ, СТУЛ, ПЛОТ, СТЕПЬ, ТОЛК, СТУПА, ПЕСТ, ОКО, ЛОТОК, ЛОПАТА, КОЛ, ТЕЛО, ЛЕС, СОЛЬ, КУСТ, ТОПНУТЬ, НОС, ТОПИТЬ, ТОНУТЬ, ПОЛЕ, СЕНО, СТУК, СТОН, КАТИТЬ, ПОСТ, СТЕНА, СОН, КУСАТЬ, СОК, ЛАПОТЬ, ТЕНЬ, СВЕТ, СУТЬ, ПЕЛЕНА, ПЕНЬ, ЛОПНУТЬ, КОЛОС, СТОПА, СТЕЛИТЬ, КОЛЕНО, ВОЛ, ВОЛОЧЬ, НОСИТЬ, ПУСКАТЬ, ТОПАТЬ, ТЕСАТЬ, ТЕСНО, НЕСТИ, СНАСТЬ, ЛОКОТЬ, СУК, КУЛАК, СЕТЬ, ПЛЕН, ЛЕТО, ВЕСНА, ОСЕНЬ, ПОТ, ЛОВ, ЛАВИНА, СЛОВО, СЛАВА, ЛУПИТЬ, ЛИПА, ЛИК, ЛИТЬ, ТУСКЛО, СЛЕП, ОКНО, КУСОК, ПУСКАТЬ, ПИЛА, ЛЕПИТЬ, ПОЛКА, ПОЛОК, КОТ, КУПИТЬ, КОСИТЬ, ПОЛОТЬ, СЕВ, СПЕЛО, ПУТЬ, ВЕС, ВИСЕТЬ, ВКУС, НОВЬ, ВОЛК, ПОЛК, ВОСК, ВОСТОК, ПОТ, КОСИТЬ, ЛУК, НАВЕС, НАЛЕВО, НАПОЛНИТЬ, НАЛИВАТЬ, НАУКА, НАТИСК, НЕСТИ, НОСИЛКИ, НОВОСТЬ, ОКОЛО, ОПАСНО, ОСВОИТЬ, ЛУКАВО, СНОВА, ОТПУСК, ОТТЕНОК, ПАНИКА, СЕСТЬ, СОВА, ТОЛПА, ПЕНА, ТОНКО, ТЕПЛО, ТКАТЬ, ЛЕТЕТЬ, ХОТЕТЬ, ПЛЕСНУТЬ, КУСАТЬ, СЕТЬ, ПУСКАТЬ, КОЛОТЬ, ТОЛПА, ВАТА, ВОЛОК, ВОЛОКИТА, ТОПАТЬ, ВТУНЕ, ЛЕС, СОСНА, ПОЛЕ, ЛОКОТЬ, ПАЛКА, КОПАТЬ, КОПИТЬ, КОПИЛКА, КЛОК, КЛОНИТЬ, СЕТОВАТЬ, СУНУТЬ, СУП, ТОК, ТЛЕТЬ, ТОЛПА, ТОЛСТО, ТОНКО, УТОЛИТЬ, ВОЛНА, ЛОТОК, ЛУСКАТЬ, КИПА, КУПОЛ, КОЛОК, КОЛОКОЛ, КОЛЕСО, СУТОЛОКА, КОН, ПОЛ, ВОПЛЬ, СКАЛКА, ОТВЕТ, ВЕТКА, ВЕЛИКАН, ПОЛОСТЬ, ТОЛКАТЬ, ТЛЕН, ТЛЕТЬ, СОЛОНКА, НАСТ, ЛОКОН, ТОСКА, КОСТЬ, СТОП, ТУПОСТЬ, ЛОСЬ, ЕСТЬ, ПИТЬ, СПАТЬ, ТОПАТЬ, НЕВЕСТА, ТОЛПА, ПАСТЬ, СУТОЛОКА, ЛОСК, СТЕЛИТЬ, СУЛИТЬ....

Для наглядности детализируем. КУПИТЬ рус. – ДА КУПЯ блг., КУПИТЕ сербхорв.,KUPIT польск,, KOUPIT чеш.; ЛЕПИТЬ рус., – ЛЕПЯ блг., LEPITI словен., LEPITI чеш.; КОСА рус. - КОСА блг., KOSA в.-луж., н.-луж.; НАВЕС рус. – НАВЕС блг.... Те же корни и в других славянских языках.

Можно выделить ещё немало подобных праславянских, славяно-русских слов. Если бы русские слова писались в дореволюционном алфавите, то на конце согласных были бы Ъ. Но примем Ъ за О, а Ь за Е (на самом деле в праязыке так оно и было). Теперь подсчитаем согласные и гласные в этом общеславянском словнике. Согласные: В, К, Л, Н, П, С, Т; гласные: А, Е, И, О, У. Вот и всё. Но ведь мы исследовали современные слова и, следовательно, выделили из них современные фонемы.

Таким образом, из 12 (двенадцати) фонем мы уже можем иметь своего рода средство общения. «К осени накосить сена, сеновал пуст»; «Стол стоит в углу»; «После сева – поле снова полоть»; «На стене висит лук»; «Луна светит в окно»; «Колос поспел; «На востоке светло»; «Пень стоит на пути». В этих предложениях нет ни одной звонкой, шипящей, ни одной М, ни Р, ни Ц, ни Ч.... Если таким количеством звуков можем общаться, то это уже средство коммуникации, то есть речь, язык. Выходит, алфавит такого прасловаря состоит всего из 12 «эмбриональных» звуков. К тому же эти слова имеются с местными изменениями в основных фондах всех славянских языков, значит, они общие, праславянские. Эти слова и есть те «черешки», «кванты» - изначально сотворённые слова, о которых писал языковед В. Н. Торопов, которые видны «снизу», то есть из того времени, что зовётся доисторическим. (Топоров В.Н. Этимология. М., 1986: 205-214).

КОНСТРУКТОР ПЕРВОЗВУЧИЯ

Проанализируем понятное всем междометие: «АУ», справедливо полагая, что это одно из первородных артефактов человеческой речи. Здесь физиологически А – даже не звук, а лишь фон работы лёгких, прохождения воздуха по лабиринтам речевого аппарата. Зато звук У – в сильной позиции. В этой позиции он находится по сей день. И сегодня мы вполне понимаем семантику архаичного междометия: «я здесь!».

Звук У таким образом получил осмысление, он обозначил сближение, как бы повторяя артикуляцию человеческих губ. Проследим общеязыковую специфику семантики звука У: всюду он означал «узость», «сужение», особенно с помощью морфем КУ и СУ. Можно предположить, что понятие КУСАТЬ – КУ-САТЕ, где КУ – сближение, а САТЕ – «садить». Но здесь КУ – уже сформированное понятие сближения.

Звук О – также сохраняет семантику древнего междометия, имеющего смысл объёмности, обширности, а также символику чего-то необычайного. «О» и сегодня обладает свойством удивления, а также страха и боли. Этот звук мог быть предупреждающим при приближении, скажем, огня лесного пожара. Причём, физиологически этому звуку помогает не только ротовая артикуляция, но и мимика глаз. Примечательно, что дети рисуют названные эмоции, обозначая их округлением глаз и рта.

Звук Т – твёрдое прикасание языка к зубам, он послужил осмыслению понятия твёрдости.

Звук В – вхождение зубов в нижнюю губу, потому он стал приближаться к понятиям вхождения, воли.

Плотно сжатые губы сконструировали звук П, он сам по себе создавал понятие плотности.

Звук К образовал смысл «касания», «приближения».

Изменив артикуляцию, мы изменяем фонему. В неизменной артикуляции – источник непроизвольности, мотивированности фонемы как языкового знака.

Приведенные факты говорят о том, что человеческая речь формировалась с помощью мимики, жестикуляции и артикуляции, осмысливая издаваемые звуки с развивающейся одновременно аналитической способностью. На это ушли тысячелетия.

Если считать, что современная речь изначально состояла из нынешнего набора фонем, значит, считать, что сотни тысяч лет мы говорим по одному и тому же застывшему алфавиту, созданному неким сакраментальным гением.Где же эволюция? Или язык подобен дошедшему до нас каменному идолу?! Нынешний азбуковник, когда по нему ищут протослова, создаёт путаницу между дописьменным языком и письменным, который формировался уже по готовой матрице и никак не отражает начальную стадию становления человеческой речи. Но именно компактность древнего алфавита способствовала быстрому усвоению языка и его распространению.

Таким образом, геометрия звуков, проходя по траектории времени, варьируясь и видоизменяясь, всё же сохранила свои первородные очертания. Генетически звуковой и семантический состав передавался из поколения в поколение как наследие. Не исключено, что на этом историческом пути появлялись свои гении и таланты, повлиявшие на развитие языка. Великое речевое достижение делало человека всё разумнее и разумнее, выделив его из всей природной среды. Протолингвистика фактически противоречит гипотезе философа Н. Хомского о врождённой идее. (Сёрл Дж. Р. Философия языка. М. 2004:167) Она на фактах доказывает, что человек – конструктор собственного языка и аналитик собственного мышления.

ЭТИМОЛОГИЯ ФОНЕМЫ

В центральных областях России имеется большое число населённых пунктов под названием ПЛОТА. Часто они означены каким-то признаком: Ржавая Плота, Гнилая Плота, Сорочья Плота, Долгая Плота и т.д. На эти гидронимы обратил внимание академик О. Н. Трубачёв в статье «Праславянское лексическое наследие и древнерусская лексика». Он связал слово «плота» с понятием «плыть» (Трубачёв О.Н. Труды по этимологии. Слово. История. Культура. т. 1.М. 2004: 545). К тому же корень ПЛОТ является корнем многих других понятий типа ОПЛОТ, ПЛОТЬ и т. д. На реке Ржанец, где расположена Ржавая Плота, есть и такое название – Русский БРОД.

ПЛОТ – средство переправы, БРОД – место переправы. Цель этих понятий одна: оказаться на другом берегу. Случайно ли одинаковое число знаков и соответствие замены глухих более звучным П – Б, Л – Р, Т – Д при сохранении гласной?

Брод тем отличен от других мест реки, что там ПЛОТНОЕ дно. А что такое ПЛОТ-НОСТЬ? Это ПЛОТ-НОСИТЬ – носящий плотность, а, значит, понятие ПЛОТО было свойством, а не предметом, которое указывало на место переправы.

Предмет «плот» вторичен по отношению к свойству «плот». Но он состоит из «лёгких» для первобытного человека глухих фонем. Звонкие появились из потребности расширения лексики и… при совершенствовании собственно речевого аппарата. Тогда получается, что слово «брод» – третье поколение понятия «плотность». По свойству были созданы понятия ЗАПЛОТ – СО-ПЛОТ – с плотностью, ПЛОТИНА – ПЛОТЕ-НО(СО) – «плотность носит», ОПЛОТ, где начальная фонама К утрачена - КО-ПЛОТ – к плотности. СПЛОЧЕНИЕ – это уже действие, создание плотности, создание свойства. БРОД – понятие предметное, конкретное место, а плотность в нём только подразумевается. Далее семантика двинулась не в сторону плотности, а создала другие понятия: бродить, брожение.

Гидроним НЕПРЯДВА – НЕ-ПЛОТО-ВО, где НЕ – не, ПЛОТО – плотность, ВО – входить. Семантика топонима: брод не нужен, так как речка не глубокая и не широкая. Так появились новые слова-понятия через озвончение согласных.

Эта метаморфоза дала повод для «обратного» эксперимента: звонкие согласные в слове ГУБЫ заменили глухими согласными. Получилось - КУПЫ, но так как О и Ы часто чередовались (ров – рыть, вой – выть и т.п.), то результат - КУПО. Вывод напрашивается явный: первое предназначение губ было «заКУПОривать» рот, закрывать. СОВОКУПНОСТЬ – сведение в нечто близкое. КУПировать – ограничивать. Даже КУПИТЬ – отделить товар от общего. КУПЕЦ, СКУПОЙ, КУПЕ – все эти слова объединяет фоносемантическая близость.

До середины XVI в. существовала в России такая единица административно-территориального деления, ограничения территории – губа. Отсюда - ГУБЕРНИИ.

Тот же «термин» издревле используется и для обозначения водоёма, отграниченного от общей акватории. Обская ГУБА – залив, где «купируется» река Обь. В дельте реки Лены есть залив КУБА тоже - от КУПО, но заменён лишь звук П на Б. В болгарском КЪПА – груда, скопление чего-либо, в словенском и венгерском КУПО – длиннополое пальто, в которое можно «купироваться», укутываться. В российских деревнях и сегодня маслобойку называют ГУБА, в ней происходит разделение молочных субстанций – масло купируется. Армейская ГУБА (тюрьма) – тоже оттуда (а немецкая гауптвахта – заимств.). Этот пример, кстати, показателен в том отношении, что как ни прививали русскому солдату немецкий воинский термин, он сохранил свой, праславянский.

Давайте рассмотрим слово, кажется, иной семантики - ГУБИТЬ, хотя того же звучания. Но и здесь первородное понятие исходит от глухой форманты КУПЕТЕ, то есть «закупорить», когда человек перестаёт дышать. Перекрыть человеку воздух – это и значит – погубить.

Архаичные звуки К, П заменены звонкими Г, Б, и появилось слово ГУБИТЬ, затем произошло усечение первой согласной - УБИТЬ. УГОЛОВНИК – КУПО-ЛОВО-НИК, здесь кроется смысл убить, ловить, а НИК – от понятия «приник», свойство, привычка.

СКУПЩИНА срб.– собрание, парламент, ЖУПАН слвен. – тоже парламент, здесь КУПО-НО (СО) – смена К на Ж. Посёлок ЖУПАНОВО в Новг. обл. ГУЖ – КУПО – стягивающий ремень в упряжке. Все слова типа ГУБО, ЖУПО – общеславянские от КУПО – по фонетике и семантике, где замена К на Г и Ж. Омонимы КУПО мешали, а потому происходило вариативное озвончение, можно сказать, механически, произвольно. Как видим, и КУПО – свойство. Часть понятий КУПО озвончилась, другая часть осталась от первосоздания.

Простое слово СЕВОК – то, что сеется. Заменим С на З. ЗЕВОК – это свойство тоже «сеется», когда передаётся другим. КУСТ – густо, ЗАКОН – СО-КОНО, где СО – с, КОНО – порядок: с порядком, БЛИН – пелена, ГЛАГОЛ – колокол, БЫК – ПОКО – покрывающий. Подобные примеры говорят об эволюционной замене глухих (тихих) согласных на звонкие, более звучные. Затем появились Ш, Щ, Ч, Ц и другие. Слово «озвончение» условно, так как замена шла не только звонкими согласными и не только согласных.

Первый алфавит, как видим, состоял из 12 фонем. Затем какая-то часть первородных фонем оставалась неизменной, а какая-то заменялась другими, приобретая новую семантику. Так обогащался язык. Это объясняет тенденцию восходящей звучности, замеченную учёными-фонологами, это объясняет и причины палатализации согласных.

Создание новых слов на основе прежних – закономерность. Точное совпадение с трактовкой философа В. Гумбольта: «Понятие творения можно было бы условно приложить лишь к периоду становления языка. Наблюдаемое развитие языка происходит постепенно, и всякое новое явление строится по аналогии, по образцу прежних» (Амирова Т.А., Ольховиков Б.А.Рождественский Ю.В. «История языкознания». М. 2003: 314).

Конкретизируем: если праязык состоял из 12 начальных звуков, то не было таких распространённых ныне фонем как М, Р и других. Но фонемы М и Н, Р и Л – сонорные, потому здесь замена - не случайность.

Первичный звук Н заменён был звуком М, Л заменён звуком Р. Вот примеры. Слово МЕШОК этимологи традиционно возводят к слову МЕХ (См., например, Этимологический словарь русского языка. М.: Русский язык от А до Я. Издательство «ЮНВЕС» М. 2003). Но мешки изготавливали не только из шкур животных. Есть былинное выражение: «Ах ты, волчья сыть, травяной мешок!». Не логично ли здесь заменить М на Н, и получится слово НЕСОК, а, значит, от семантически ясного и логичного понятия НЕСТИ. Первослова отражали свойства, функциональную особенность предметов, а не материал, из которого они были сделаны. МИГНУТЬ – НИК-НУТЬ, где НУТЬ – принудительно, произвольно. МИСКА – НЕСО-КО – тоже от понятия «нести». МОСОЛ – НОСО-ЛО – носящая часть бедра.

Любое слово с буквой М даёт ложные представления о семантике лексического артефакта. Древнейшее русское слово КОРОМЫСЛО Фасмер назвал - «тёмное слово». Пытался с ним разобраться и академик О.Н. Трубачёв. Он тщательно проанализировал его этимологию, но пришёл к выводу: «Всесторонне обосновав реконструкцию праформы «kъrmyslъ», мы, однако, ещё не решили вопроса о его происхождении». (О.Н. Трубачёв.Труды по этимологии. Том 1, М. 2004: 670). Заменим звук М близким звуком Н, вместо Р – Л, вместо Ы ставим О. Получаем КОЛО-НОСО-ЛО, где КОЛО – кол, палка, рычаг, НОСО – носить, ЛО – сделано человеком (см. ниже). Фонемы М, Р, Ы затушевали прежний смысл. Звук М со временем стал заменять и другие, часто повторяющиеся звуки, например, звук К: колоток (сл. Даля) – молоток, колотить – молотить, встречается и замена П на М: МОХ – ПОКО – покрытие.

В словах КЛИК и КРИК – явная замена Л на Р. В слове ПЛЕСКАТЬ – заменим П на Б, Л на Р, Е на Ы, К на Г и получим – БРЫЗГАТЬ. Слова одного значения, но разного звучания. ГЛОТКА – КО-ЛОТО-КО – ко рту, в словах ГЛОТКА, ГЛОТАТЬ сохранился звук Л, РУКА, но РАЗЛУКА – звук Л сохранился, а в слове ПОРУКА Л перешёл в Р. ТОЛКАТЬ и ТОРКАТЬ: по сути – семантические двойники с разницей Л и Р. ДОРОГА – ТОЛОКО – утолоченная (сл. Даля). Здесь замена сразу трёх звуков Т- Д, Л- Р, К- Г. КАПИТАЛ – КОПЕ-ТОЛЕ. Генотип КОПЕ идёт от понятия «копить», а ТОЛЕ – древнейший геном будущего слова ДОЛЯ, а ещё от него образовалось слово ДАР. Накопленная доля или накопленный дар. КОПЕЙКА – не от копья, а от понятия «копить». Генетическая память народа утверждает: «Копейка – рубль бережёт». ЖАТВА – вместо Ж более подходит К, КОТВО, заменим Т на С, добавим О и получим КОСОВО.

Наиболее частые замены при реставрации: согласные Г на К; М на Н, П, К, В; Р на Л; Б на П и К; Д на Т; Т и Ш на С; Щ на СТЕ; Ш на СТО; Ф на В; Х, Ч, Ц на К; З на С; Ж на П, С, К, гласные А, Ы, Ё на О; И на Е; Ю на У; Я, Й на ЛО. Так типологически составлена таблица замен каждой фонемы из дюжины. Замена даёт древнее звучание, но методологически очень важно, чтобы в каждом праслове был логический факт, если его нет, надо заменить другой, более соответствующей фонемой.

Конечно, эта схема отражает принцип древнего строения речи без учёта последующих фонетических измений, но она содержит наглядное представление о начальных этапах развития языка. Термин «замена» более точно отражает суть фонетических преобразований, чем термин «чередование», так как здесь рассматриваются фонемы, независимо от их окружения, как минимальные смысл содержащие единицы. Если судить о системе замен, то она в основном совпадает с русской вокалической системой, разработанной академиком Л.В. Щербой (Щерба JI.B. Избранные работы по языкознанию и фонетике. Л.: Изд-во ЛГУ, 1958). Так замена Н на М, Р на Л обусловлена их общей принадлежностью к сонорным, Г и К - заднеязычные, Ш и С – щелевые и т.д. (Широков О.С. Языковедение. Введение в науку о языках. М., 2003: 66). Нетипичные замены найдены эмпирическим путём.

ПРЕДДВЕРИЕ СЛОВА

В процессе эволюции 12 смыслообразующих звуков образовались дифтонгические сочетания, двузвучия: согласный + гласный, что привело к системе. Здесь надо заметить, что согласные не все были в «активе». Так звуки К и С выполняли вспомогательную роль. Гласные А, И тоже были на вторых ролях. Древние использовали в основном три гласных О, Е, У, соединив их со всеми семью согласными. Получилась такая система созвучий:

ВО-ВЕ-ВУ; КО-КЕ-КУ; ЛО-ЛЕ-ЛУ; НО-НЕ-НУ; ПО-ПЕ-ПУ; СО-СЕ-СУ; ТО-ТЕ-ТУ.

Эти звуковые конструкции и стали унифицированной системой речи. Ограниченное число смыслообразующих звуков, схождение их в систему, позволяло устному языку легко усваиваться поколениями и распространяться вширь. Полагаем, что такая слоговая система речи существовала сотни тысяч лет. Каждый слог нёс определённый смысл: ВО – вхождение, воля, ПЕ – пелена, препятствие, ПУ – раздутость, выпуклость, НУ – принуждение, произвольность, СУ и КУ – признаки сужения, схождения, КО – приближение, ВЕ – вращение, ТУ – тугость, связка, ЛЕ – литься, лететь, то есть некое движение или протяжённость, СО – совмещение, ТЕ – указание на признак любого неизвестного предмета.... Здесь кстати сослаться на Аристотеля: «Слог определяется не как простое сочетание звуков, а как качественно новое образование». (Сусов И.П. История языкознания. М. 2006: 62). Этот этап вправе назвать первоязыком.

Приведём наглядный пример сотворения слова. Дифтонг КО имеет смысл приближения (ко мне, к чему-либо), а дифтонг ТО – означает отдаление (ТОЛЕ – даль, ТОЛЕНА – длина, долина, ТОЛО – доля, толика – долька). В виде слогов КО+ТО образуют КОТО – одновременное понятие приближения и отдаления, проще говоря – свободного движения. При замене К на Х, Т на Д – ХОДО, нынешнее слово ХОДЪ – ход. Таков эволюционный путь ходового слова.

Первоначальный генотип КОТО вошёл во многие смысловые конструкции языка. Так, разделились понятия: НОГТИ (НО-КОТЕ – не ходить) и КОГТИ (КО-КОТЕ – к ходьбе). От понятия КОТО образовались слова: ГОД – КОТО – ход, КАТИТЬ, ХОТЕТЬ, ОКОТ (ПО-КОТО) – массовое появление детёнышей, ПОГОДА – ПО-КОТО – «полная» ходьба (в лес, на охоту, на ловлю рыбы...), НЕПОГОДА – НЕ-ПО-КОТО – «не походишь». Топоним УХТА (река) — КУ-КОТО – «узко ходить», переходить.

Термин КОТО – ХОД – знаковый. Передвижение – это одно из первых явлений, которому человек должен был дать название. Замена звонкими согласными в слове КОТО – ХОДЪ происходило во всех славянских языках. Производное КАТИТЬ или КАТАТЬ – могло появиться даже до изобретения колеса, когда приходилось перекатывать брёвна.

Откуда слово КАТ – палач? Здесь происхождение другого смысла: КО–ТО. В понятии ТО – имелось в виду нечто отдалённое, враждебное, им могли пугать. До сих пор в польском КАТ – понятие табу. При озвончении КАТО – ГАДЪ – гад. Им мог быть и змей как нечто пугающее. Слово «гад» во всех славянских языках стало нарицательным.

Слово ВОДА – ВО-ТО должно быть тоже одним из первых терминов жидкости. Слог ВО – и сегодня имеет смысл вхождения, ТО – далеко, куда-то (ср. ТОнуть, где НУТЕ – принудительно, ТО-НО – дно).

Так образовались генотипы-доминанты НОСО, НЕСО, ТЕНО, ЛЕПО, КОТО, КОЛО, СУТО, ВОЛО, ЛОТО-ЛАТО, КОНО, СОКО, ПУЛО, ЛОПЕ, САТО, НУТО, КУЛО, НОВО, к ним можно отнести и отдельные дифтонги ПЕ, ЛУ, ЛЕ. Звукосочетание СТО указывало на нечто стоящее, на вертикаль: СТОГ, СТОЛ, СТОЛБ...; СТЕ – постоянно-протяжённое: СТЕПЬ, СТЕНА, СТЕЛЕТСЯ. ШТИЛЬ – безветрие на море: СТЕ-ЛЕ – стелется льющееся. Любое славянское слово со СТО-СТЕ точно попадает в названную семантику. Все эти генотипы стали словообразующими, основой корневой системы.

Интересна метаморфоза семантики слова ПОБЕДА. «Достаточно взглянуть в старые или диалектные тексты, чтобы увидеть, что п о б е д а определяется не только как победа, одоление кого-либо и соответственно награда, но и как п о р а ж е н и е»,- пишет В.Н. Топоров (Топоров В.Н. Этимология. 1987-1999. М. 2000: 180). Протолингвистика объясняет это противоречие, как эволюционное расхождение смысла одной и той же фонетики слова. Слог ПО имел в праязыке самые разные значения, хотя и эквивалентные, в том числе и как «покрытие», и как «полная». Слово БЕДА – ПЕ-ТО, где ПЕ – препятствие, ТО – пришедшее издалека. Главной бедой были, как видно, нашествия, нападения. ПО-ПЕТО – в одних диалектах мог закрепиться смысл «полная беда», в других – «покрытие беды». Победил – второй.

Взаимодействие разных слогов рождало новые понятия, которые выражали процессы или функциональные особенности, а не предметы. Слова образовались не по форме, не по цвету, а по существу. Мы и сегодня, забыв наименование предмета, не просим, например, включить серую штуку или квадратную машину, а просим включить то, чем печатает компьютер. И собеседник точно понимает – принтер.

Итак, мы подошли к рубежу, когда образовалось СЛОВО. Пришли к выводу, что вначале появились смыслосодержащие, артикуляционные звуки – «эмбрионы» языка. Они стали его конструктивной семантической единицей, создав своего рода генный код речи. Дифтонгическая слоговая система – следующий этап развития языка. Агглютинативные генотипы – предшественники слов. Слово – более позднее образование, устойчивое понятие, закрепившееся за предметом или явлением.

ДУША ДИФТОНГА ЛО

Звукосочетание ЛО имеет особое отличие. Странный факт: древние в наименование частей тела включали этот слог - ЛО. Какие-то ЛО слышатся и сегодня, а если мы все части слова переведём в «глухой» вариант, то почти в каждом из них будет содержаться этот дифтонг. Человек – теЛО-век, ЛО-коть, затыЛОк, во-ЛО-сы, ЛО-но – грудь, го-ЛО-ва, чеЛО или ЛОб, гор-ЛО, гЛО-тка, ЛОдыжка, ЛОпатка…. Если Р заменим Л, то тоже появятся: сердце – се-ЛО-теке – «сеющее течение», ребро – ЛЕПО-ЛО, нутро – НУТО-ЛО, бедро – ПЕ-ТО-ЛО, рот – ЛОТО, ладонь – ЛО-ТОНЕ, кровь – КО-ЛО-ВЕ, ноги – КРАК блг. – ко-ЛО-ко... Е или У появляются там, где части тела сгибаются, меняют форму: коЛЕ-ни, РУКА – ЛУ-ка... Как видно, закономерность не случайна: ЛО, ЛЕ, ЛУ в организме человека выражали одушевлённость. Слог ЛО вошёл во многие слова общеславянского языка.

Кроме того, многие существа животного мира тоже имели этот слог ЛО. ЛОКО – медведь, зверь. (Отсюда ЛОГОВО, где ЛОКО – зверь, ВО – входить, берлога – ПЕЛО-ЛОКО – укрытие зверя (ср. пелёнка)). Белка, где ПЕЛО-КО – тоже покрытие, шкурка (название идёт от практической ценности зверя, а не от цвета). Вол – воЛО. Волк – воЛОко.

Сочетание ЛО вошло в названия предметов, сделанных человеком. Эти вещи стали как бы его продолжением: весл-ЛО, сед-ЛО, пряс-ЛО, ЛО-пата, ЛО-дка, ветри-ЛО – парус, барахЛО – ПОЛОКО-ЛО (ср. «плохо»), кресаЛО, сЛОво ... У некоторых племён Амазонии и сейчас оружие-лук считается продолжением руки человека.

ЛО означало также всё стихийное, произвольное, что было отнесено к «живым» явлениям, то есть, и тут мы наблюдаем антропоморфизм: буря – ПУ-ЛО, пал – ПАЛО, солнце – СО-ЛО-НЕСО, пурга – ПУ-ЛОКО, радуга – ЛО-ТУКО. Здесь мы видим зачатки религиозно-мистического сознания, когда человек обозначает нечто живое и одухотворённое, действующее, но им не познанное. Мы и сегодня говорим: вечереЛО; смеркаЛОсь; темнеЛО.

Сопоставляя семантику ЛО, получаем вывод: смысл перешёл на всё «живое», что стало ассоциироваться с человеком, животным, душою. Так слог ЛО оказался во многих словах как лингвистический артефакт первого понятия человека, стремящегося найти различие в природе, окружающем мире. Отсюда в русском языке образовался и средний род существительных, так как вещи и явления, «одухотворённые», но не реальные, нельзя было отнести ни к мужскому, ни к женскому родам. Со временем где-то слог ЛО сохранился, где-то утрачен, где-то звук Л перешёл в Р.

«ТЕНЬ» ДАЛА «ДЕНЬ»

Методика возвращения фонем к исходному состоянию подсказывает, что понятие ТЕНЬ породило ДЕНЬ, а НО-ТЕ (НЕ) – «нет тени» образовало НОЧЬ. Изучая понятия с корнем ТЕНЬ, приходишь к выводу, что изначально понятие ТЕНЬ означало... СВЕТ, была как бы его референтом. Для начинающих людей свет был невидим, а тень – видима. По тени определяли свет, день. Есть тень – светло, день. Возможно, у света было первое имя ТЕНЕ.

Термин ТЕНО в древности, очевидно, существовал очень долго, так, как это понятие становилось многозначным. Вот примеры: СЕРЕДИНА – СЕЛЕ-ТЕНО, ТЕМЯ – ТЕНО - освещённая «вершина» человека (ЛО). ВЕРШИНА – ВЕЛО-ТЕНО – ведущее к свету; ДЕНЬГА – ТЕНЕ-КО – отражение стоимости товара; ЦЕНА – ТЕНО – ясность, ЦЕННОСТЬ – ТЕНО-НОСЕ-ТЕ – свет носит (потому два Н); ДИНАР др. рус. серебряная монета: ТЕНО-ЛО – светлая. ЗЕНИТ – ТЕНЕ-ТО – тот свет, где звук З сменил Т, также, как во фразеологизме «куЗькина мать» – куТькина мать: щенная сука, кучка – блг. ТЕМНО – ТЕНО-НО – тени нет, значит, нет света. Теменная земля – высоко расположенная пашня (Фасмер). Приятно – ПЕЛЕ-ЛО-ТЕНО – агглютинация понятий – пелена, человек, свет: светлое окутывает человека, ЯТНО дилт. (ясно) – ЛО-ТЕНО – человеку ясно (здесь звук Я (ja) типично заменяется звукосочетанием ЛО). ОСЕНИЛО – КО-ТЕНЕ-ЛО – осветило, СОЧИНИТЬ – СО-ТЕНЕ-ТЕ – с освещением. ЧИН – ТЕНО – светлость. ТЕМНИК – предводитель большого войска. ОПТИНА (Пустынь) – КОПО-ТЕНО – средоточие света, ОТТЕНОК – КОТЕ-ТЕНО – приближение к свету.

У слов, начинающихся с гласной О, утрачена первая согласная в сочетаниях КО, КОТЕ, где КО – отношение к чему-то: ОСТОВ – КО-СТО-ВО – к стоянию. КОТО – начальная глагольная форма – ходить, двигаться: ОТКОЛОТЬ – КОТО-КОЛО-ТЕ. Потому в словарях большое количество слов на О. Понятия начинались только с согласных: ИКОНА – ЛИКО-НА – лик на.... В слове ИСТИНА утрачен первый звук. Если поставим Н, то получится НИСТИНА. Однако звук И употреблялся только в двойственном числе, в основном, употреблялся звук Е. Тогда будет НЕСТЕНА. Начальное понятие было слоговое, согласный + гласный. Между С и Т ставим распространённую гласную О, тогда получится НЕСО-ТЕНО - древний генотип НЕСО – нести. Звук Н был утрачен. Слово ИСТИНА – НЕСО-ТЕНО – несущая свет – вполне соответствует понятию и логике. Болгарские нестинары несут свой обряд именно оттуда.

Со временем понятие ТЕНО – аналог СВЕТА – стало самостоятельным. СВЕТ обрёл нынешнее имя. При озвончении ТЕНЕ – стала ДЕНЬ, а ТЕНЕ ушла в тень. НО-ТЕ(НЕ) – нет тени, ночь.

Реставрация архаизмов даёт множество любопытных и удивительных фактов развития языка, порой даже заблуждений языкотворцев. Такого с потолка не придумает никто.

ПРИГЛАШЕНИЕ В КЪЩИ

КЪЩА блг. – дом, изба, КО-СТЕ. Слог КО играл роль, примерно, ту же, что и сейчас – приближение. Звук Щ заменил СТЕ, что означало постоянно-длительное, (ср. СТЕПЬ – СТЕ-ПЕ, где СТЕ – неизменная протяжённость, ПЕ – пелена). Согласно методике, в конце должно быть ЛО – сделано человеком: весло, прясло, коромысло….

Реставрированное слово должно звучать так: КО-СТЕ-ЛО. Совпадение со словом КОСТЁЛ, которое встречается ещё в летописи 1438 г. (Фасмер). Возникает ещё одно слово того же происхождения Gastel лат. – ГАСТЕЛ – КО-СТЕ-ЛО – замок, крепость. ХОТЕЛ (ХОСТЕЛ) блг. – гостиница, отель.

По семантике и первородной фонетике все слова – одного корня славянского происхождения. Слово КЪЩА – КО-СТЕ-ЛО – к стоянке постоянно-длительного свойства, изделие человека. Этот болгарский архаизм, как и другие подобные примеры славянских языков, достоверно демонстрируют путь к доисторическому слову.

«ЖЕЛЕЗНАЯ» ДИСКУССИЯ

В какие времена славяне стали выплавлять железо? Вопрос открытый. Откуда появилось само слово – ЖЕЛЕЗО? Это слово интересует весь лингвистический мир. Нет ни одного заметного лингвиста, который бы не пытался найти ему этимон.

Словарь Фасмера авторитетно заявляет: слово находится за пределами славянского языка, а значит заимствовано. Крупный французский языковед А. Мейе считал, что все названия металлов заимствованы из «доиндоевропейского населения Европы». Против этого утверждения восставал польский языковед А. Брюкнер. Категорически возразил и русский языковед, академик О.Н. Трубачёв. Но он, как видно, больше доверялся интуиции лингвиста, специалиста по славянскому языку. И его можно понять. Занимаясь славянской историей лингвистики, не трудно убедиться в том, что, если слово имеется во всех славянских языках с одним корнем, тем более что произносится одинаково, то это слово исконно славянское.

Кто мог уведомить всех славян, что металл этот называется ЖЕЛЕЗО? К тому же в «индоевропейском» лексиконе это слово другой фонетики – ferrum. Надо брать во внимание и эту коллизию. Есть однокоренное звучание в балтийских языках, прусском, но это предмет другого исследования: или слово произошло вместе со славянским, или было у него заимствовано. А раз нет прямых доказательств, то и нет резона считать слово «за пределами славянистики».

О.Н. Трубачёв резонно замечает: «Мысль о самостоятельном образовании из собственной лексики названий древних металлов с естественным при этом переносе значений как-то игнорируется, хотя, по-видимому, именно она ближе других точек зрения к исторической истине». (О.Н. Трубачев. Труды по этимологии. Слово. История. Культура. т.1, М. 2004, стр. 585). Трубачёв пытался искать сравнения: черепаха, камень. Но все попытки найти этимон сравнительным методом – дают лишь предположения. Попробуем разобраться методом протолингвистики.

ЖЕЛЕЗО – ПЕ-ЛЕ-СО, где ПЕ – распространённый слог в протоязыке, означающий препятствие, ограждение, преграду и т. п. Замена Ж на П – типичная: ЖАР – ПАЛ. ЛЕ – это нечто льющееся, СО – здесь проведём особый разбор.

Фонетический аналог протослова ЖЕЛЕЗО – БЕРЕГ, тоже ПЕ-ЛЕ-КО, где ПЕ – преграда, ЛЕ – льющееся (вода), КО – к чему-то, куда-то. Получается РЕКА в охране БЕРЕГОВ. Итак, ПЕ-ЛЕ – ЛЬЮЩЕЕСЯ в БЕРЕГАХ... Но что льётся? Льётся СО. Звук С – лепящий, он и сегодня означает «с чем-то». Остаётся О. Методом типизации находим значение звука О, который означал в словах древнейшей лингвистики нечто неосязаемое в качестве предмета: свет, воздух, огонь. Самое первое ощущение человека – тепло, которое всегда с ним: СО-ЛО. Это свойство перенесено и на другие реалии. Приведём такой пример: СОЛНЦЕ. Имя этому небесному светилу было дано в самую первую осмысленную человеком пору. Расшифровывается так: СОЛНЦЕ – СО-ЛО-НОСЕ, где С – с, О – огонь, свет, НОСЕ – постоянно носит. Это подтверждает первоначальное имя солнца – СОЛНЫШКО – СО-ЛО-НОСЕ-КО – с теплом, светом носит ко всему. Типичная замена Ы на О, Ш на С. Здесь О – обобщённое понятие тепла, света, огня. ЛО – тёплое, живое существо.

Форманта СОЛО стала восприниматься едино как тепло, свет. Звук О – один из смыслообразующих широкого диапазона. В древних словах мы находим этот звук как предшественника понятий СВЕТ, ВОЗДУХ, ОГОНЬ. Возможно, прапредки этим восклицанием предупреждали сородичей о пожаре. Мы и сегодня, обжигаясь, восклицаем «О!» или «ОЙ!», где Й заменяет ЛО. Так что О – это огонь. Понятие «огонь» имело впоследствии синонимы: КОЛО – колющий, горячий, ПАЛО – пал, а ОГОНЬ от понятия ПО-КОНЕ – «полный конец», такое всё уничтожающее свойство огня закрепилось в речи. Сказочная метафора «конь-огонь» - отклик этих древних знаний.

ЖЕЛЕЗО, оно же ПЕ-ЛЕ-С-О, означает по-нынешнему: ТО, ЧТО ЛЬЁТСЯ ПО ЖЕЛОБУ С ОГНЁМ. Именно по свойству древние определяли понятие. А с огнём льётся по желобу только расплавленный металл. Можно сказать: огненный ручей. Потому и оканчивается во всех славянских языках слово ЖЕЛЕЗО на О, так как другой звук исказил бы смысл слова, а значит, и свойство расплавленного металла. Этот звук подчёркивает незыблемость фоносемантики слова, неизменяемость её со временем, если фонема определяет свойство предмета. Под этим понятием мог быть любой металл: медь, бронза, чугун..., но закрепилось слово за железом, как самым крепким.

Впрочем, трактовка исследуемого слова может быть и несколько иной, если исследовать диалектный его вариант – ЖАЛЕЗО. Здесь видится ЖАР-ПАР-ПАЛ, который так же ЛЕ-СО. Но получаем тот же «льющийся жар».

Мы можем искать и спорить, вывод же «индоевропейских» учёных один: «заимствовано в древности из какого-то вост. языка» (Фасмер). Из какого-то, но лишь бы не из славянского.

ЖЕЛЕЗА

Слово ЖЕЛЕЗА – другого происхождения. Расхождения в первой фонеме: в большинстве славянских языков – Ж, а в русском диалекте, в языках белорусском, украинском, польском – З. Это говорит о том, что озвончение шло в разных местностях по-разному. Но первоначальный звук был С – СЕЛЕ-СО.

Выявляется смысл: село само собой, то есть здесь СО – понятие «с воздухом», ниоткуда. В словаре В. Даля слово ЖЕЛЕЗА устар. имеет ещё один смысл – чума. Эта болезнь тоже передавалась «по воздуху», сама собой. Если звук терял свою семантическую значимость, то он мог изменяться, исчезать и т.д.

Слово ЖЕЛВАК – СЕЛО-ВО-КО, где СЕЛО – село, ВО – возвышение, КО – к чему-то. То есть, вскочила шишка. Таким образом, слово ЖЕЛЕЗО к слову ЖЕЛЕЗА никакого отношения не имеет. Схожее название черепахи ЖЬЛЫ ст.слав. – по подобию, горбатая , но это название, должно быть, более позднего времени.

АРХАИКА АРКТИЧЕСКОЙ ЛЕКСИКИ

На просторах Северного Ледовитого океана сохранилась лексика, которая сегодня кажется странной, немотивированной и занесённой неизвестно откуда и кем. МАТОЧКИН ШАР, КАНИН НОС, КОСТИН НОС, ОБСКАЯ ГУБА, ВАЙГАЧ, КАРСКОЕ море.

На всех картах Ледовитого океана красуется у пролива острова Новая Земля странное название «Маточкин Шар». Постепенно вскрывая первозвучие протолингвистическим методом, определяем семантическую сущность этого имени. В архангельском диалекте до сих пор существует наименование острова Новая Земля – МАТКА, но это слово соотносится с понятием МАТЬ, МАТЕРЬ. Соотносится оно и со словом МАТЕРИК, которое подразумевает основную часть суши в отличие от мирового океана. Однако Новая Земля – остров, а не материк. Тогда приходиться углубляться в первородный слой лексики. МАТЕРЬ и МЕТЕРИК – случайно ли созвучие?

На время оставим этот вопрос и перейдём к другому таинственному топониму – КАНИН НОС. Почему НОС? Может быть, от сходства с носом? Но все подобные выступы в морской акватории называются по-русски МЫС. Исследуя этимологию слова МЫС, М. Фасмер пытался найти подобия в других языках, но убедительности не нашёл. «Неясно», – отметил он. Между тем, во всех других славянских языках мыс любой конфигурации называется НОС. Так что Канин Нос – не исключение. Значит, исключение – МЫС.

Здесь требуется замена М на Н, Ы на О. Вполне логично, что НОС – первородное слово, от понятия НОСИТЬ. (Есть русское присловье: «Как земля такихносит!?»). Слово «земля» – более позднее. А изначальное понятие земной тверди воплощалось в понятии НОСО – носить, то, что носит в отличие от водной зыби. Так что в выражении КАНИН НОС слово НОС – первородное. Рассмотрим непонятное слово КАНИН.

В этом слове тоже заменим фонему А на О: КОНЕ, а это в прямом смысле «конец, оконечность», КОНЕ чеш. – конец. Суффикс ИН – более позднее образование. В нынешнем выражении получается КОНЕЧНЫЙ МЫС, что соответствует факту: это самый крайний выступ материка в океан, а его название НОС – в русском языке безусловный лингвоархетип. Подтверждением служат и другие мысы-носы в той же акватории, так КОСТИН НОС приобрёл имя не от имени человека, а от понятия КОСТЕ – подводные рифы, то сеть твёрдые препятствия. Поморы давали названия по существенным признакам для ориентировки на местности и предупреждения другим.

Вернёмся к слову МАТЕРИК – суша среди моря, океана. Диалектное слово МАТКА – омоним многим словам: разговорное «мать», чрево, в котором вынашивается ребёнок, главная балка в избе, на которой держится весь потолочный накат... Как видим, понятие «мать», «матка» – от понятия «носить», о женщинах говорят «на сносях», «выносила» (ср. natus лат.– рождённый, выношенный. НОТО – НОСО). В раннем языке произошла и такая замена Н на В: НЕВЕСТА – НЕ-НЕСО-ТО – не принёсшая ещё «то» – не рожавшая. ВЕСТЬ – НЕСЕ-ТЕ – принесённая.

Если в слове НОС заменили Н на М, Ы на О, то в слове МАТКА заменим М на Н, А на О, а Т на С (типичная замена: «тень – сень»), то появится тоже слово НОСКА, а, если учесть слоговое происхождение НОСО-КО – то, что носит. МАТЕРИК – НОСЕ-ЛЕКО, где ЛЕКО то, что льётся, водное окружение (замена Р на Л, как и река – ЛЕКО).

Это древнейшие понятия, когда в алфавите славян не было ни М, ни Р, как и ряд других звуков, появившихся в процессе эволюции языка. Земная твердь НОСИТ человека. Водная стихия такого свойства не имеет. Это одно из чётких различий земных реалий, основа жизненного представления человека о свойствах неведомых стихий. Есть основание считать, что МОРЕ тоже называлось ПО-ЛЕ – полный разлив, отсюда ПОЛИС – приморское поселение, БАЛТИКА – ПОЛЕ-ТЕКО – текущее море.

Таким образом, МАТОЧКИН – от понятия МАТКА – носящая твердь. Как же ШАР попал в полярные широты? Он никак не вписывается в логическую основу ни по фонетике, ни по семантике. За неимением других объяснений многие этимологи стали считать ШАР – это пролив. Но Ш – буква поздняя в алфавите, заменившая звук С (типичная замена: СТЫК – ШТЫК). Тогда ШАР – САР – СОР. СОР – СОЛО – озвонченное - ЗОЛА. В досторическом языке понятие СОР имело многозначный смысл различного отрицательного свойства. ПОЗОР – ПОСОР – ПО-СОЛО – «полный» сор (ср. помёт), ССОРА – с сором, ЗЛО – СОЛО. И сегодня говорим - «сорная трава».

У входа в пролив большое нагромождение скал, камней, которые создавали помехи мореходам, потому был отмечен СОЛО – сор, как знак предупреждения, затем СОЛО стал СОР, после замен С на Ш, О на А. Так СОР преобразился в ШАР. Так образовался Маточкин Шар. В чешском языке ПОЗОР – предупреждение, в других славянских – уведомление. Так в топонимах Севера мы находим генетические признаки языка доисторического прошлого.

Имя острова ВАЙГАЧ – непонятный для этимологии топоним. По методу протолингвистики звук Й заменяет ЛО (кайло – КОЛО-ЛО и др.). ВАЙГАЧ – ВОЛО-КОТО, где ВОЛО – волочь, КОТО – ходить. Передвигаться волоком. С определённой долей вероятности такой смысл имени допустим, если учесть ландшафт острова, как сказано в словаре В. Даля, «наносный, намывная мель, наволочный берег». Слово ВАЙГА в архангельском диалекте: ход, проход для судов, русло, ворота. Правда, эти пояснения у Даля под вопросом. Однако понятие ВОЛО можно истолковывать как первородное ВОЛЯ (ср. «волхвы», «волшебно»). Первые исследователи острова нашли здесь святилища, множество идолов. Всё это дало повод толковать остров как самую древнюю цивилизацию, его называют даже Большой Порт Ариев, реликт Гипорбореи. Так остров ВАЙГАЧ превращается в территорию мифов.

ОБСКАЯ ГУБА. Причём тут губы?! Нелепость рождена не предками, а нашим незнанием прошлого языка. По методу протолингвистики первородные глухие согласные с эволюцией языка озвончались. Первоначально было название КУПО, где КУ – сужение, ПО – полностью или плотно (об этом было сказано выше). Река Обь впадает в море, образуется залив, который и назывался КУПО – где «купируется», собирается река, и не случайно так же названы другие: Онежская Губа, Двинская Губа, Мезенская Губа… Слово УСТЬЕ тоже ассоциируется со словом УСТА – губы, болгарское – рот.

Не исключено, что первые поморы дали название реке ОБЬ – КОПЕ – скопление, так как её полнили не только реки, но и обильные атмосферные осадки делали её ещё более полноводной. Затем фонема К была утрачена, а звук П заменил Б.

КАРСКОЕ море. Топографы склонны считать название этого моря от речки КАРА, впадающей в него. Откуда тогда название речки? По методике протолингвистики звук Р сменил Л, А на О. КАРА – КОЛО – холод, колючий. Карское море считается самым холодным в акватории океана (БСЭ). А речка Кара почти весь год покрыта льдом.

ТАЙМЫР. Название идёт, возможно, от местных народностей. Однако можно допустить и славянское древнее толкование ТОЛО-НОЛО – край темноты. ТОЛО – даль, сторона. Древние олицетворяли темноту НО-ЛО – нет человека, его не видно, значит – темно.

ПОКРОВ ПЕРУНА

ПЕРУН – это имя встречается во многих славянских языках. Ему в словаре М. Фасмера отведено полторы страницы, где имеются толкования слова с самых разных языковедческих точек зрения. Перун, как имя собственное, встречается в др. чешском, болгарском, в топонимах Боснии, Хорватии, Словении.

Больше всего оно привлекает внимание как имя верховного божества Древней Руси. Ему приписывают характер Зевса – славянского громовержца. Но, как убеждает протолингвистика, славянские боги для древних людей были защитниками. Конечно, Перун имел и другие качества – с громом и молнией, но они для людей не были главными.

Это имя реконструируется так: ПЕРУН – ПЕ-ЛУНО, где ПЕ – защитник, «покрывающий», ЛУНО – живот. Слово «луно» в значении «живот» встречается в диалектах (Костр.) в сл. Фасмера, в сл. Даля – пуп. Однако можно определить это значение параллельным словом: ЛОНО – грудь, ЛУНО – живот, тоже часть тела, сужающаяся книзу.

По сути, «защитник живота» – это туча. Она несла плодородие. Синоним толстого человека – тучный. Да и сама туча – тучная. Но главное – тучные стада, тучные хлеба. Именно этого ждали люди от Перуна, от грозовой тучи, несущей влагу. Урожай – главное для хлебопашца. В стихотворении Жуковского есть строчка: «Владыка... тучеподобный..., тебе поклоняюсь». Нынешнее представление о богах иное, чем у далёких прапредков, у них боги были ближе, конкретнее и добрее. Они были покровителями.

ПЕРЕПЛУТ – бог моряков. ПЕРЕ – ПЕЛЕ – то же, что и сейчас – перейти, перелиться. ПЛУТО – плутать. Перейти, преодолеть плутания, то есть, не заблудиться.

ЯНКО КУПАЛА

Древний языческий обычай: в день Янко Купала (в русском варианте Ивана Купала) прыгать через костёр. И всё-таки ЯНКО – не случайно. По методу протолингвистики фонема Я заменила бывшее ЛО – человек, НКО – НОКО – нога, ноги. ЛО-НОКО – ноги человека. КУПАЛА. КУ – сужение, куча, ПАЛО – пал, огонь. КУ-ПАЛО – «куча огня», то есть костёр.

Кстати, в слове КОСТЁР – КО-СТО-ЛО – «к стоянию», то есть, дровяная кладка, поленница, но огонь в этом понятии отсутствует. «Кострами» и сегодня шахтёры называют кладку брёвен для поддержания кровли забоя.

В Болгарии есть древний обычай НЕСТИНАР – хождение босиком по горячим углям костра. По просьбе болгарских учёных реконструировано это непонятное слово: НЕСО-ТЕНО-ЛО – нести свет человеку. Два обычая, как видно, выражали языческую веру в «очищение огнём».

ОШИБКЕ – ТЫСЯЧИ ЛЕТ

Тысячи лет назад в праславянском языке произошла удивительная и странная ошибка! Несомненно, одними из первых орудий труда были СТУПА и ПЕСТ. До нынешних пор известно, что ступа стоит неподвижно, а пест падает сверху, превращая зёрна в порошок. Но названия этих предметов по системе образования древнего языка должны быть другими.

Методом типизации определим значение слова ПЕСТ. Что означает дифтонг ПЕ в других словах? Назовём слова из древнего быта: ПЕлёнка, ПЕлена, Плен, где Е утрачено, ПЕтля, ПЕнёк – ПЕ-НОКО – препятствие для ног (Ъ заменил О, Ь – Е), ПЕна, ПЕнка, ПЕро – покрытие птицы, ПЕ-сок, где ПЕ – пелена, СОКЪ – сочиться, ПЕчь – ограждение огня, ПЕщера – укрытие… В словах, в которых произошло озвончение и фонема Л перешла в Р: берег – ПЕ-ЛЕКО – препятствие или ограждение реки, береста – ПЕ-ЛЕСТО – лесная пелёнка, защита; белена – ПЕлена, застилающая ум; бельмо – ПЕлено; берлога – ПЕЛЕ-ЛОКО – пелёнка, укрытие зверя…

Как видим, все слова с дифтонгом ПЕ означают ограждение, защиту, препятствие, окружение, покрытие. По логике и в слове ПЕСТ – ПЕ-СТО дифтонг ПЕ должен означать то же значение: ПЕ – ограждение, СТО – стоящее. Ограждение, чтобы зерно не разлеталось, не рассыпалось.

Теперь рассмотрим слово СТУПА, где СТ – стоящее, У – сужение, ПА – падающее. Пест вначале замирает, затем падает в одну «узкую» точку. Есть аналог этому понятию – слово СТУПАТЬ. Нога исполняет ту же функцию, но вначале на землю падает пятка. В слове СТОПА уже СТО, где слово означает большую площадь, чем пятка. Слова «СТУПАЙ!», СТУПОР, СТУК, зубы – СТУПО тоже примыкают к «точечному» понятию СТУП. Всё это подтверждает, что ПЕСТ выполняет функцию СТУПЫ и наоборот. У Пушкина – СТУПА с Бабою Ягой... Художник нарисовал старуху В СТУПЕ. Однако поэт мог иметь в виду то, чем толкут: слово СТУПА в первородном значении. Ведь и «Баба Яга – костяная нога». В идиоме «Ни в зуб ногой!» – «НЕ СТУП НОГОЙ» – лень шагнуть.

Путаница содержится во всех славянских языках. А вот в лексике литовского и латышского языков ПЕСТ – стоящее, а СТУПА – падающее. Два первобытных слова говорят об общности и разобщённости славянского и балтийских языковых путей. Как видим, семантика звука оказалась свободной от денотата. Этот пример наводит на мысль, что названия предметов не сразу закрепились в слове. В. Гумбольт основой языка считал СЛОВО. Он утверждал, что «понятие не может отрешиться от слова, как человек не сможет скинуть своей физиономии». (Амирова Т.А. Ольховиков Б. А. Рождественский Ю.В. История языкознания». М., 2003: 309). Феномен СТУПЫ и ПЕСТА опровергает это утверждение: понятия ступа и пест поменялись своими «физиономиями». В таком «обличье» они живут и поныне, что не мешает славянам тысячи лет толочь пестом в ступе, а прибалтам – наоборот, ступой в песте. Такой казус также раскрывает истоки словесной формы в разных регионах бытования языка. Возможно, литовский ещё не был литовским, был общий языковой ареал, но в какой-то период произошло дробление, и один из диалектов сохранил первородную форму.

Зато в интимной лексике русского языка понятие ПЕСТА сохранилось в первородном значении.

У ТОПОНИМОВ КРЕПКАЯ ПАМЯТЬ

СУЗДАЛЬ – СУ-СО-ТОЛЕ, где СУ – сужение, СО – с, ТОЛЕ – даль или сходящиеся дороги (значение ТОЛЕ было многоплановым).

Как заметил в нашей переписке академик Н. Н. Казанский, надо учитывать и исторический аспект: в Новгородской псалтыри начала XI века упоминается СУЖДАЛЬ. Меткое замечание. Это звучание ещё больше подтвердило: понятие с фонемой Ж тоже СУЖЕНИЕ ДАЛИ или схождение дорог, торговых путей. То, что это слово не заимствовано, подтверждает... норманнский источник. В книге Т. Н. Джаксон «Древнерусские топонимы в древнескандинавских сагах» (М. 2001:155) отражены сведения о торговых связях норманнских соседей с Суздальским княжеством. Слово «Суздаль» толкуется по-разному в скандинавской транскрипции: Surdalar, Surltsdalar, Syrgisdalar... Как утверждает автор, вторая часть слова «даль» совпадает с «dalah» – долина, а первая часть так и осталась непонятной.

Попутно приведём слова, скандинавское происхождение которых считается доказанным. ВАРЯГИ – ВО-ЛО-КИ - гребцы, бурлаки, СТЯГ – СО-ТЕКО – с течением, символ «стягивающий» войско, указывающий, где находиться головная часть. ЯКОРЬ – ЛО-КОЛЕ – ставится человеком на прикол; ЯБЕДНИК – ЛО-ПЕТО-НИКО, где ЛО-ПЕТО – к обиде, НИКО – приник, привычка, склонность обижать; КНУТ, ОМУТ, ХОМУТ – слова одной этимологии КО-НУТО – к принуждению.

КИТАЙ-ГОРОД, КОТОРОГО НЕ БЫЛО. Бытует топонимическая несуразица: в Москве центр города называется Китай-город. Это искажённое КЕТО-КОЛОТО. КЕ – крепко (крепость – КЕ-ЛЕПО-СТЕ, где КЕ – крепко, ЛЕПО – лепить, СТЕ – длительная стойкость), КОЛО-ТО – укрепление кольями (столбами с заострёнными вершинами). «Кетами» называли большие корзины, которые утрамбовывались камнями, ставились в крепостную стену и огораживались кольями – исторический факт. Это был защищённый центр Москвы (КИТЬЁ астрх. – также большие кули с камнями, укладываемые в плотину). Так что, правильнее КЕТОГРАД.

БАЛАТОН – слово славянское от понятия БОЛОТО – ПОЛО-ТОНО, где ПОЛО – полое, ТОНО – дно. Пустое дно. Топоним сохранил Н, а слово БОЛОТО её утратило.

БРЕСТ – ПО-ЛЕСТО, где ПО – сплошь, ЛЕСТО – лес. Полесье. Топоним сохранил СТ – стоящее, а слово ЛЕС – Т не сохранил. Первородное понятие – ЛЕСТО, где ЛЕ – движение, СТО – вертикаль. Лес растёт вверх. Название по свойству.

БАЛКАНЫ – КОЛО-КОНО, где КОЛО – горы, КОНО – ряд. Горный ряд или горная цепь. Здесь присутствует замена К на Б.(подобно БОРОТЬ – КОЛОТЬ, БОЛЕТЬ – колеть, ср. околеть, БОР – КОЛО). В горной Турции есть славянское село КОЛКАНЫ.

ВОЛГА – ВОЛО-КО – от понятия «волочь», то есть, судоходная, годная для сплава. Название по свойству, функциональной особенности. На берегу Волги есть старинное селение ПОВОЛОКИ.

У топонимов крепкая память.

------------------------------

Из этимологической концепции, созданной на основе протолингвистики, можно сделать вывод: главная её особенность – в эволюционности. Она сужает круг гипотез о происхождении языка, даёт более ясную этимологию каждого исследуемого слова, объясняет его естественное зарождение и развитие, причём, независимо от окружающей звуковой стихии. Эта концепция ставит на заслуженный пьедестал смыслообразующий звук ещё до появления слова. Она отвергает устоявшуюся аксиому, что фонемы в речи «не имеют собственного содержания и тем отличаются от морфем и слов» (Шайкевич А.Я. Введение в лингвистику. М. 2005: 7). Критерием истинности реконструированного понятия становится логический факт, семантическое соответствие.

Протолингвистика может служить источником для многих теорий о языке, в том числе и фоносемантики. Она как бы подтверждает высказывание лингвиста С.В. Воронина о том, что «звукоизобразительное слово – это слово звукоизобразительное в своей основе, по своему происхождению» (Воронин С.В. Основы фоносемантики. Л. 1982: 244). Дело в том, что в протолингвистике наглядно подтверждается «принцип непроизвольности, мотивированности языкового знака». На данный аспект обратил внимание академик Н.Н. Казанский в отзыве на первый вариант статьи, за что авторы ему весьма признательны.

С помощью протолингвистического метода реконструированы такие сложные слова как Русь, гидроним Москва и другие значимые лексемы, найдена первородная семантика идиом, многих топонимов. Есть факты, которые дают основание считать, что этот метод применим для многих языков. Например, ВЕТО лат., где ВЕ – возврат, вернуться, ТО – удаление. «Возврат удаляется», смысл: исключается. АПТЕКА грч. – КОПО-ТЕКО – копить и расходовать. Возможно, русско-славянская база лежала в основе всего языкового дерева, традиционно прослеживаемого от индоевропейских корней.

Протолингвистический метод даёт ещё один инструментарий для этимологических исследований, а, кроме того, прокладывает путь к разработке новых методик изучения и преподавания славянских языков с учётом их более глубокого исторического развития.

Здесь приведены примеры наглядной, элементарной реконструкции протолингвистическим методом. Более сложное восстановление доисторических слов можно найти в публикациях двух томов «Тайный код русской речи. Генетика слова. Трактат» и «Тайный код русской речи. Этимологический словарь».



ЛИТЕРАТУРА

Амирова Т.А., Ольховиков Б.А., Рождественский Ю.В. История языкознания. М., 2003.

Бранд Р.Ф. Лекции по истории русского языка. М., 2005.

Вандриес Ж. Язык. Лингвистическое введение в историю. М., 2004.

Виноградов В.В. История слов. М., 1999.

Воронин С. В. Основы фоносемантики. Л.1982.

Даль В.И. Словарь живого великорусского языка.

Джаксон Т.Н. Древнерусские топонимы в древнескандинавских источниках. М. 2001.

Зализняк А.А. Лекции о берестяных грамотах. Интернет.

Иловайский Д.И. Начало Руси. М., 2003.

Колесов В.И. Древняя Русь: наследие в слове. СПб. 2004.

Куманова А., Н. Василев. Етимология и код на речта. Научный журнал Университета библиотековедения и информационных технологий № 9, София, 2011.

Куманова А. Нестинариана. Историография.Учебное пособие. София. 2014. . Леонтьев А.А. Язык, речь, речевая деятельность. М., 2005.

Лосев А.Ф. Введение в историю языковых моделей. М., 2004.

Лосский Н.О. Истории русской философии. Париж, 1954; М.,1994.

Откупщиков Ю.В. К истокам слова. Русская словесность. СПб., 2005.

Погодин А.Л. Язык как творчество. Происхождение языка. М., 2001.

Писанов Л.П., Писанов В.Л. Тайный код русской речи. Том 1. Генетика слова. Издание второе: переработанное и дополненное. Челябинск, 2011.

Писанов Л.П., Писанов В.Л. Тайный код русской речи. Том 2. Этимологический словарь. Челябинск, 2009.

Реформатский А.А. Введение в языкознание. М., 2002.

Сёрл. Дж. Р. Философия языка. М., 2004.

Сусов И.П. История языкознания. М., 2006.

Топоров В.Н. О некоторых теоретических основаниях этимологического анализа. Этимология. М., 1986.

Трубачёв О.Н. Труды по этимологии, Слово. История. Культура. 2 т., М., 2004.

Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. 4 т. М., 1987.

Шайкевич А.Я. Введение в лингвистику. М., 2005.

Щерба JI.B. Избранные работы по языкознанию и фонетике. Л.: Изд-во ЛГУ, 1958.

Шмелёв Д.Н. Проблемы семантического анализа лексики. М., 2008.

Широков О.С. Языковедение: введение в науку о языке. М,. 2003.

Этимология. Периодические выпуски АН РФ, 1997-1999. М.. 2000.

Этимологический словарь русского языка. М.: Русский язык от А до Я. Издательство «ЮНВЕС» М. 2003

Этимологический словарь славянских языков. А Н. РФ. М., 1992 – 2005.

Юнгер Ф.Г. Язык и мышление. СПб. 2005.



Об авторах: Леонид Петрович и Владислав Леонидович Писановы .

Закончили филологические факультеты Уральского и Челябинского госуниверситетов. Журналисты федеральной и региональной печати, много внимания уделяли изучению структуры русского языка, фольклора, диалектики. Авторы четырёх монографий по этимологии русской речи, активно публикуются в сети Интернет. Положительные отзывы и публикации получили от учёных Болгарии.

 
BVLGARI
 jewellery
  joaillerie
 
 
 
 
 
 

 

 счетчик посещений

 

Челябинска 

Магические рецепты для шикарных волос

Чего хочет Бог устами женщины

Зайка любит ёжика.

 с новостями

Радио
 
Яндекс.Метрика