ПОРТАЛ ИНТЕРЕСНЫХ ТЕМ ДЛЯ ДРУЖЕСКИХ БЕСЕД 

18+

 


      
 


Невыученные уроки Магнитки

От взрыва газа в квартире многоэтажного дома рухнул целый подъезд, разделив общество на две части….


Беда пришла по конкретному адресу: г. Магнитогорск, ул. К. Маркса, 164. Седьмой подъезд, третий этаж. Даже номер квартиры известен. И известно, что снимала эту квартиру таджикская семья, которая, скорее всего, просто не умела обращаться с газом. Люди не заметили, что ночью конфорка погасла, квартира с законопаченными на зиму окнами стала наполняться газом. Только под утро кто-то из членов этой семьи, почувствовав неладное, включил свет…. Искра выключателя убила 39 человек. Квартира, превращённая в огромный газовый баллон, взорвалась и разрушила целый подъезд.


Сегодня картина трагедии представляется именно так. Но до сих пор часть общества не верит в эту официальную версию. Почему?


Прежде, чем ответить на этот вопрос, честно скажем себе, что подобный внутренний разлад не безобиден. Люди, перестав верить властям, внутренне настраиваются на противодействие, на негативное отношение к власти в любых её проявлениях. В Челябинской области, где рейтинг губернатора Б.А. Дубровского и без того не слишком высок и однозначен, подобный факт становится решающим. Решающим к грядущим выборам, на которые Дубровский собрался снова. Но теперь количество своих «несторонников» он увеличил с помощью… собственной пиар-команды.


Смотрите, что получилось. Не успела осесть пыль от мощного взрыва, как населению тут же объявили: причина в бытовом газе. Это была первая информационная ошибка.


Взрыв напугал людей. Реакция испуга не предполагает благодушия. Кроме того, народ нынче грамотный, помнит обрушения подъездов совсем не по бытовым причинам. Тротил, пластид, гексоген – это для современных россиян, увы, не пустые звуки. И нельзя было сразу отметать возможность теракта. Именно показное отрицание возможности терроризма вызвало первое недоверие населения.


Тем более, что жители Магнитогорска увидели усиление активности правоохранительных органов. Были временно выселены жители домов по ул. Ленина, где искали взрывное устройство. Прошла информация о готовящемся подрыве одного из торговых центров, который якобы предотвратил бомж. Взорвался автомобиль с пассажирами, которые отстреливались. Причём, также было заявлено, что в «Газели» взорвался газовый баллон, а на фотографиях в соцсетях обыватели видели этот баллон целёхоньким. Люди слышали звуки перестрелки, видели, что правоохранительные органы усилены военными, что в общественных местах ходят полицейские с собаками.


Все эти факты и слухи оперативно подхватывали интернет-сайты, добавляя соцсетям как бы официальности, подтверждения не беспричинность панических настроений. Но всего этого психологического негатива можно было избежать. Как? Да очень просто.


Нужно было озвучивать всё же две версии: бытовую и теракт.


А потом, шаг за шагом, отбрасывать факты, говорящие в пользу террора. Спокойно убеждать людей в бытовой версии произошедшего. Тогда ни у кого не нашлось бы причины для недоверия.


Признали бы открытол: да, возможность теракта присутствует, потому меры реагирования со стороны правоохранителей повышены. И люди отнеслись бы к этому с пониманием. И все действия властей восприняли бы спокойно, как часть антитеррористической операции. Более того, люди были бы благодарны властям за это беспокойство, за защищённость. А неумелое информирование привело к обратному эффекту: испуганных людей испугали ещё больше.


Второй информационной ошибкой было смакование местными СМИ и в соцсетях присутствия в зоне бедствия губернатора Дубровского. Каждый обыватель понимает, что человек, изучавший способы обработки металла давлением, сидевший в разных чиновно-олигархических креслах – никакой не спасатель. Туда прилетел руководитель МЧС России Евгений Зиничев, который уж точно компетентнее Дубровского в этих вопросах во сто крат. Но губернаторский пул журналистов ни как не унимался: отец родной ночей не спит, новогодней крошки и капли в рот не брал, всё руины раскапывал.


Ну, да, выкладывались ролики, как тот ходит, руками машет или просто стоит, пялится на работающую технику. И что? Кого и в чём убедил этот «туризм»?


Зато сразу компенсацию пострадавшим «зарядил» в 100 тысяч рублей, погибшим – в 50. Народ аж поперхнулся от такой губернаторской «щедрости». Ладно, президент Путин прилетел, поправил. Но ведь сделанного/несделанного губернатором не воротишь.


Да, раз уж зашла речь о деньгах. Известно, что сердобольные люди собрали порядка 8 млн. рублей, Магнитогорский металлургический комбинат выделил 100 миллионов. Много это или мало для помощи пострадавшим людям? Не ясно. А сколько потратит на это региональный бюджет? Неизвестно. Губернатор конкретную сумму не называет. Как и не называет точного количества людей, которым будет оказана материальная помощь, в том числе – предоставлением жилья. Такая мутная финансовая вода тоже порождает у населения определённые выводы. Проще говоря, люди думают, что Дубровский хочет денежки прикарманить. И эта проблема – чисто информационная. Скажи все цифры чётко и ясно, никто ничего плохого не заподозрит.


Ну, хорошо, оплошал Дубровский с материальной помощью. Хмыкнули люди и на его попытку оказания помощи моральной: зачитал какие-то слова, не отрывая глаз от монитора-суфлёра, на том и успокоился. А не надо бы.


Не того избиратели ждут от главы региона, от субъекта Федерации.


И это третья ошибка, из которой надо извлечь урок – отсутствие внятной реакции чиновника на событие в плане предотвращения подобных трагедий в будущем.


Речь идёт не о кампании по проверке газового хозяйства области, что само по себе было бы неплохо. Но гораздо важнее создание механизма, некого алгоритма действий в подобных ситуациях. Люди должны понимать последствия своей халатности, но и должны быть защищены от нищеты в случае подобной беды.


Поясню. На самом деле все финансовые затраты по ликвидации аварии и по компенсациям пострадавшим должна нести… та таджикская семья, которая допустила взрыв. Должны понести наказание те миграционные службы, которые допустили в страну людей, не знакомых с особенностями российского газового оборудования. Конечно, не должны остаться в стороне технические службы, не обеспечившие нормальной работы вытяжной вентиляции.


Но та семья сама погибла. И теперь государство из нашего кармана, из кармана ни в чём не повинных налогоплательщиков, будет возмещать ущерб собственникам квартир, лишившимся своего имущества. Ну, плюс упомянутые благотворительные взносы ММК и простых граждан.


А это не совсем правильно. Может даже – совсем не правильно.


Однако для того и нужен губернатор, для того мы и избирали главного чиновника области, чтобы он разобрался в этих вопросах, поставил бы их перед Правительством страны, перед Госдумой.


Скажем, в США такой механизм: спасательные службы оказывают помощь пострадавшим, социальные службы - неимущим. А остальным все многократно возмещают страховые компании.


Да, никому не нравится платить лишнее, но ведь мы привыкли к медицинским полисам и уже ничего не имеем против медстраха. Мы ворчим на ОСАГО, но автогражданка прекратила бандитские разборки на дорогах, да и защищает невинного материально. Вот и задайся вопросом губернатор взорвавшейся области: нет ли необходимости и возможности расширить страховые механизмы на жизни и имущество?


Возможно, стоило бы изучить американский опыт: как внедрить в России такую же систему материальных компенсаций, не разоряя население?


Нет сегодня возможности по бедноте нашей поднимать страховую отрасль? Хорошо, посмотри в другую сторону, подумай: а, что региональный Фонд капремонта отсиживается? Все жители седьмого подъезда дома №164, что на ул. Карла Маркса в Магнитогорске платили-платили денежки в этот самый Фонд и теперь им «всё простят»?


А, что в принципе делать со стареющим жилфондом? Каждый такой дом-старичок грозит той или иной техногенной катастрофой.


Как всё же честно и открыто выстраивать информационную политику в столь непростых ситуациях, не нагнетая паники?


Вопросов очень много. Но губернатор молчит. Выводов нет.


Видимо, ему это просто не интересно.


Если же Дубровский Б.А. не хочет или не может извлечь урока из магнитогорской трагедии, то избиратели должны это сделать и сдать экзамен в сентябре, на выборах.